Что умели тугрики Co by mohlo tahat

Но фантазии фантазиями, но надо разобраться, какие функции денег мог все-таки выполнять рубль? Ale fantasy fantazie, ale musíme pochopit, co funkce peněz může ještě provést rubl se? А также и валюты других стран победившего социализма. A také měny ostatních zemí vítězného socialismu. Среди социалистических денег тоже, кстати, существовала своего рода иерархия. Mezi socialistické peníze, moc, mimochodem, tam byl druh hierarchie. На чешские кроны, марки ГДР или венгерские форинты можно было купить гораздо больше всякого ценного для простого человека, чем за болгарские левы, те же рубли или монгольские тугрики. V české koruny, by mohla stupeň, nebo Forint NDR koupit více jakékoliv hodnoty na obyčejného člověka, než BGN, stejné rublů, nebo mongolské Tugrik. Но все они были «поражены в правах», не могли конвертироваться в мировые валюты, были отделены, отчуждены и от собственной экономики. Ale oni byli "zasáhl práv" by neměly být převedeny na měnu na světě, byly odděleny, a odcizený od své vlastní ekonomiky.

Итак, функции. Tak, funkce.

Первая – единицы счета – да, не проблема, но это наименее важная, самая примитивная функция. První z nich - zúčtovací jednotka - ano, není problém, ale je to nejméně důležité, nejprimitivnější funkce. Средство платежа – да, ставим галочку, точно, рублями мы все и платили (правда, сколь ни поразительно, и в этой области существовали ограничения – иногда не только произвести, но и получить платеж нельзя было без специального разрешения контролирующих инстанций). Způsob platby - ano, vložte klíště, přesně jsme v rublech a platí (i když bez ohledu na to, jak úžasné, a v této oblasti má své meze - někdy nejen vyrábějí, ale to bylo možné získat platbu bez zvláštního povolení od regulačních orgánů).

Ну, и на этом галочки кончаются. No, to klíště končí. Средство товарного обмена? Prostředky komoditní burze? Нет, только в крайне ограниченной форме. Ne, jen ve velmi omezené formě. Всеобщий эквивалент? Univerzální ekvivalent? Ни в коем случае. V každém případě. Средство накопления? Obchod? Очень относительно, копили-то рубли копили, но если могли, то предпочитали другие ценности и валюты, поскольку покупательная – даже не способность, а возможность To je relativní, pak euro-hromadil hromadil, ale pokud je to možné, pak Vybraná měna a jiné cennosti, jako nákup - ani schopnost a možnost
рубля все время падала. rubl klesl po celou dobu. (Приходится искать новые термины – может быть, даже надо говорить: покупательная «разрешенность» или «дозволенность»? – рублю ведь должны были «дозволить» покупку!) Короче говоря, рубль реально мог покупать все меньше и меньше. (Můžete se podívat na nové podmínky - možná dokonce říci, nákup "povolen" nebo "přípustné" - proto, že rubl by měl být "povolen" buy) Dalo by rubl skutečně koupit méně a méně.

Функцию ценообразования советский рубль не мог толком выполнять по определению. Funkce sovětského rublu cen nemohli pokračovat v definici. Капитала – в очень странном виде, только как приложение к «лимитам» и «фондам». Kapitál - ve velmi podivném stavu, pouze jako doplněk k "omezení" a "finančními prostředky".

Важнейший вывод, который из этого следует: если деньги лишены главных функций – измерителя стоимости, инструмента товарного обмена и ценообразования, то и остальные функции либо не реализуются, либо существуют в ослабленном, искаженном виде. Nejdůležitější závěr, který vyplývá z toho, že pokud zbaveni hlavních funkcí peněz - měřítkem hodnoty, nástroj a oceňování komoditních burzách, pak ostatní funkce jsou buď není provedena, nebo jsou oslabené a zkreslené podobě. Отмирают, как мышцы без употребления. Die, svaly bez použití. Такая «валюта» никак не способна выполнять и самую, может быть, важнейшую современную функцию – информационную, направляющую экономическое развитие. Tento "měna" v žádném případě schopen provádět a nejvíce snad nejvýznamnější současný funkce - informace pro směřování hospodářského rozvoje. И мерилом социального успеха советский рубль не был – членство в райкоме, обкоме, ЦК, принадлежность к престижным идеологическим органам или КГБ, армии – все это было куда более весомым признаком удавшейся карьеры. A měřítkem společenského úspěchu sovětského rublu nebyl - členství v krajském výboru, regionální výbor, ústřední výbor, členství v prestižní orgánů ideologické nebo KGB a armády - to bylo mnohem významnější znamení úspěchu kariéry. И измерителем труда такой рубль служить никак не мог. A míra práce sloužit rubl nemohl. И качества жизни сам по себе не определял. A kvalita života sám o sobě není definována. Или определял в незначительной степени. Nebo rozhodl se v malé míře.

Значит ли все вышесказанное, что отсутствие полноценных денег автоматически делает людей несчастными? Dělá vše výše uvedené, že neexistence plnohodnotné peníze automaticky dělá lidi nešťastný? Лишает общество перспектив динамичного развития, модернизации, существенного повышения уровня жизни – без сомнения. Zbavuje společnost z vyhlídky na rychlý rozvoj, modernizaci a podstatné zlepšení životní úrovně - není pochyb. Но – в деньгах ли счастье? Ale - peníze štěstí? Я еще вернусь к этой теме в применении к рыночной экономике. Vrátím se k tomuto tématu, která platila k tržní ekonomice. Но советская командная система – дело совершенно особенное. Ale sovětský systém příkazů - velmi zvláštní případ.

Мой учитель и ментор, замечательный арабист и социолог Владимир Сегаль, любил говорить: посмотрите, насколько легче стать счастливым человеком при социализме: вот побывал я в командировке в Ливане, купил себе там на рынке часы «Сейко». Můj učitel a rádce, vynikající arabista a sociolog Vladimír Segal, rád říkával: podívejte se, jak mnohem jednodušší, aby se stal šťastný člověk za socialismu: ". Seiko" Navštívil jsem zde na služební cestě v Libanonu, koupil tam na trhu sledovat И вот уже десятый день не могу на них налюбоваться, под любым предлогом смотрю на них, веду занятие, а сам все отворачиваю ненароком рукав. A nyní desátý den jsem se nemůže zastavit se na ně díval, pod záminkou jakékoliv, podívejte se na ně, což vede okupace, a neustále ustupuje náhodně rukáv. И удивительное ощущение счастья, собственного успеха, состоявшейся жизни переполняет меня! A krásný pocit štěstí, svého vlastního úspěchu, který se konal život ohromuje mě! А жил бы я при гнилом капитализме, где не только выездные доценты, но буквально любой работяга, да что там – любой безработный! A já žil se shnilým kapitalismu, ve kterém nejen že hostující lektoři, ale doslova jakékoli dříč, ale co tam je - všech nezaměstnaných! – может в любой момент такие же часы себе купить на любом углу – за небольшую часть пособия! - Může kdykoli stejné hodiny dovolit koupit na každém rohu - malou část výhod! – и не было бы у меня там никакой причины для эйфории. - A nebylo by měl mě není důvod k euforii.

В каждой шутке есть доля шутки. V každém vtip je vtip. Сегаль, конечно, смеялся – и над обществом, и над своими студентами, и над самим собой. Segal, samozřejmě, se zasmál - a společnosti, a jeho žáci, a to nad sebe. (Ведь на часы и на самом деле то и дело поглядывал!) Но что правда, то правда: в ситуации всеобщего дефицита легче доставить себе материальные радости, чем при «заевшемся капитализме». (! Koneckonců, hodiny a ve skutečnosti tu a pak se podíval) Ale to, co je pravda: v situaci všeobecného nedostatku materiálu je jednodušší dát si potěšení, než "kapitalismus zaevshemsya." Советское общество, конечно же, было по многим, не только материальным, позициям инфантильным, что не удивительно, учитывая патерналистский характер социалистического государства, обращавшегося со своими гражданами как с детьми. Sovětská společnost, samozřejmě, byl v mnoha ohledech, a to nejen materiální, pozice infantilní, že to není překvapivé, vzhledem k autoritářský socialistický stát chová ke svým občanům, jako jsou děti. Но разве не правда, что наивный ребенок гораздо счастливее умудренного циничного взрослого? Není však pravda, že naivní dítě mnohem šťastnější, moudrý cynický dospělé? По принципу – меньше знаешь, лучше спишь. V souladu se zásadou - méně víte, lepší spánek. Или по Екклесиасту: «Во многой мудрости много и печали; и кто умножает познания, умножает скорбь». Nebo na Kazatele: "V hodně moudrosti je i mnoho hoře, a, a čím víc vědění, tím víc bolesti."

Каждый раз, когда моя жена обнаруживает в свежей почте какие-то сложные счета и финансовые требования, она с тоской вспоминает Советский Союз. Pokaždé, když moje žena zjistí, že v čerstvé-mailový účet a některých složitých finančních potřeb, ona toužebně připomíná Sovětský svaz. Вот же жили – не тужили, ни о чем не думали, а здесь надо самому делать выбор, принимать трудные решения, ломая голову над тем, что происходит с ценами на недвижимость, с накоплениями, с курсом акций на бирже, и так далее, и тому подобное. Zde je žít - nevadí, nic myšlení, a tady musíme se rozhodnout sami, činit obtížná rozhodnutí, zaráží nad tím, co se stane s cenami nemovitostí, s úsporami, přičemž míra na burze, a tak dále, a podobně.

Недавно появившаяся в нашей семье маленькая девочка и та уже играет на фондовой бирже, представляете! Nedávno se objevil v naší rodině holčička a ona se už hraje na burze, dovedete si představit! Ей не было еще и года, а она уже получила письмо от инвестиционного фонда, в котором говорилось: Дорогая Амира Роберта Мариам! Nebyla ani rok starý a ona již obdržel dopis od investičního fondu, který řekl: Milý Amir, Robert Miriam! Совокупная стоимость вашего пакета акций составляет на сегодняшний день… такую-то и такую-то сумму. Celková hodnota vašeho vkladu je aktuální ... takový a takový částce.

Британское государство выделяет каждому новорожденному 250 фунтов для инвестирования на бирже, ну и родичи имеют возможность дополнить этот первоначальный капитал – до 1200 фунтов в год. Britská vláda přidělila 250 liber pro každého novorozence investovat na burze, a příbuzní mají možnost dokončit počáteční kapitál - až 1200 liber za rok. А потом «пакет» акций может расти или съеживаться, в зависимости от того, что будет происходить на бирже. A pak "balík" akcií může růst nebo klesat, záleží na tom, co se děje na burze. До восемнадцати лет нам предстоит решать за нее, в какой фонд вложены ее деньги, чтобы к совершеннолетию образовалась приличная сумма на образование или покупку первого жилья… То есть приходится не только за себя, но и за будущее ребенка брать на себя ответственность! Osmnácti let, musíme vyřešit to, v čem fond investoval své peníze, aby se do dospělosti tvořil slušnou sumu pro vzdělávání nebo první domácí nákup ... Je to nutné nejen pro sebe, ale i pro budoucnost dítěte převzít odpovědnost!

И еще моя жена с тоской вспоминает, как в голодные времена поздних 80-х и ранних 90-х случайно «подхалтуренные» где-то 10–15 долларов давали возможность прикупить в магазине «Садко» на Кутузовском пачку ветчины, немного сыра, йогурта и какую-нибудь чудесную швейцарскую шоколадку с орехами. A moje žena smutně vzpomíná, jak v dobách hladomoru, pozdní 80. a počátku 90. let od havárie "podhalturennye" kolem 10-15 dolarů, bylo možné koupit v obchodě "Sadko" na Kutuzova balení šunky, některé sýry, jogurt a některé úžasné Švýcarská čokoláda s oříšky. Вот это было счастье так счастье! To byl tak šťastný, spokojený! Мы целую неделю всё это смаковали, честно делили на всех. Máme celý týden všichni si pochvaloval, upřímně sdílet vůbec. Не то что сейчас – глаза бы на этот холестерин, на эти вредные сласти не смотрели… Ne, že je nyní - oči by na tomto cholesterolu, tyto bonbóny nejsou špatné hledáte ...

Что же касается советского рубля, то он к тому времени совсем уже утратил свои и прежде не очень могучие покупательные способности-возможности. Pokud jde o sovětské rublu, pak v době, kdy už ztratila své úplně první, a to velmi silný schopnosti kupní síly. Иерархическая система начала уже рассыпаться в пыль, полки магазинов опустели. Hierarchický systém se již začíná rozpadat v prach, pultech obchodů byly prázdné. К тому моменту он стал, по меткому выражению Николая Петракова, чем-то вроде лотерейного билета. V době, kdy se stal v apt vyjádření Nicholas Petráková, něco spíše sázkou do loterie. Окажешься с ним в нужном месте в нужный час – сможешь «отоварить» чем-нибудь, нет – так ходи голодным… Ну, или полуголодным. Ocitnete se s ním na správném místě ve správný čas - můžete se "otovaritsya" něco je - tak hladoví ... No, a napůl-vyhladověl.

Но какое это было опять же несравненное счастье, если вдруг везло, если что-то удавалось «оторвать»! Ale co to bylo opět nesrovnatelná štěstí, když se náhle štěstí, když něco mohl "utrhnout"!

Но счастье – это такая эфемерная категория… А в объективной реальности у развала СССР было много причин. Ale štěstí - je to tak pomíjivé kategorie ... A v objektivní realitě rozpadu Sovětského svazu měli spoustu důvodů. Но импотенция рубля была, безусловно, одной из главных. Ale impotence rublu byl jistě jedním z hlavních. Недаром же, обретя независимость, все республики, кроме Беларуси, поспешили заменить название национальной валюты. Ne bez důvodu, které získaly nezávislost, všechny republiky s výjimkou Běloruska, spěchal nahradit název měny. Между тем, гордая своей независимостью от южного соседа Канада не брезгует словом «доллар». Mezitím, hrdý na svou nezávislost od jeho jižního souseda, Kanada není háklivý o slovo "dolar". (Свои доллары имеют также Австралия, Новая Зеландия и несколько других государств.) Освободившись от британского владычества не отказались от слова «фунт» ни Ирландия, ни Кипр. (Jejich dolary jsou také Austrálie, Nový Zéland a několik dalších států.) Osvobozen od britské nadvlády se nevzdal slovo "bušit" nebo v Irsku, nebo Kypr. Не отрекалась от исторического названия своей валюты и ГДР. Nenechte se vzdal historické název měny a NDR. Но вот с рублем, видимо, ничего хорошего не ассоциировалось. Ale s rublu, zdá se, že se nic dobrého není spojeno.