Галоши за рубли Galoše pro dolar

Я же пришел к выводу, что СССР обречен вот при каких обстоятельствах. Dospěl jsem k závěru, že SSSR byl odsouzený zde za žádných okolností.

Работая в середине 80-х корреспондентом в одной из ближневосточных стран, я вдруг осознал, что корпункту неплохо было бы переехать в другой район. Práce v polovině 80. let se korespondent v jedné ze zemí Středního východu, najednou jsem si uvědomil, že předsednictvo by bylo hezké se přestěhovat do jiného okresu. Главное – местные допотопные АТС не в состоянии были предложить необходимых дополнительных линий для телексной связи. A co je nejdůležitější - lokální předpotopní ATS nebyli schopni navrhnout další řádky potřebné pro dálnopisem. Кроме того, далековато было ездить в центр, в район посольств, в министерство информации. Navíc, to bylo příliš daleko jezdit do centra, oblast velvyslanectví, ministerstva informací. Да и здание было древнее, уже штукатурка с потолка и стен сыпалась, и невероятных размеров тараканы выпрыгивали из всех углов, и наша собака вступала с ними в ежедневный смертный бой. Ano, a budova byla stará, už se omítky stropu a stěn se rozpadat, a neuvěřitelné velikosti švábů vyskočil ze všech úhlů, a náš pes vstoupil s nimi do každodenní boj až do smrti.

И вот поблизости от президентского дворца, на берегу реки, в пальмовой роще я обнаружил сдававшуюся в наем небольшую, но совершенно новую, чистенькую виллу (никаких тараканов и прочих гадов). Tak blízko prezidentského paláce na břehu řeky, v palmovém háji, zjistil jsem, pronájem malého, ale zcela nový, elegantní vila (bez švábi a ostatní havěť). И главное – в том районе только что вступила в строй новая АТС, линий было сколько угодно и качество связи гораздо выше. A co je nejdůležitější - v oblasti právě uveden do provozu nový PBX linky byla spousta a kvalita komunikace je mnohem vyšší. Вдобавок на ежедневных поездках в центр я мог бы экономить массу времени и бензина. Kromě denních cest do centra jsem mohl ušetřit spoustu času a benzínu.

Но этого мало – арендная плата была гораздо меньше, а значит, родное Советское государство получало еще и немалую экономию валюты – до 50 тысяч долларов в год! Ale to nestačí - nájem byl mnohem nižší, a proto rodák získal sovětský stát a značné míry úspor - až 50 tisíc dolarů ročně!

На этой вилле не было огромной импозантной гостиной с деревянным баром, которой мои предшественники в корпункте поражали воображение гостей. Vila byla neuloží velký obývací pokoj s dřevěným barem, který moji předchůdci v úřadu hostů vylekat představivost. Представительские помещения здесь были вполне достойными, но гораздо более скромными – отсюда и экономия. Reprezentativní prostory zde byly docela slušné, ale daleko skromnější - zde a ušetřit. Ну и хозяин попался тоже скромный – разбогатевший крестьянин, не научившийся еще заламывать с иностранцев втридорога. Takže majitel si příliš skromný - dospělý bohatý sedlák, dosud naučili ždímat od cizinců na přemrštěné ceny. Но вот беда – на втором, жилом этаже была одна небольшая, не полагавшаяся мне по рангу комната. Ale tady je ten háček - ve druhém patře bytu byla malá, nemám spoléhat na umístění v místnosti. Она мне была совершенно не нужна – но не мог же я ее вырезать или залить бетоном, в самом-то деле! Řekla mi, že naprosto není třeba - ale nemohl jsem se řezat, nebo nalít beton ve skutečnosti!

Между тем в посольстве мне показали утвержденную Совмином разнарядку, по которой мне полагалась жилая площадь как первому секретарю посольства. Mezitím se velvyslanectví mi ukázal schválen Radou ministrů, aby se kterým jsem se opřel o obytném prostoru jako první tajemník velvyslanectví. Но – ни квадратным сантиметром больше! Ale - není čtvereční centimetr víc! Вот если бы моя должность приравнивалась к советнику, а еще лучше – старшему советнику или советнику-посланнику, тогда другое дело… Teď, když je moje pozice byla stejná jako poradce, nebo ještě lépe - senior poradce nebo poradce, posel, a pak ještě jedna věc ...

При нарушении максимального размера жилой площади надо было отдавать чуть ли не половину и без того не великой зарплаты. Pokud porušíte maximální výše životního prostoru by měla být věnována téměř polovina již není velký plat. А за сокрытие факта превышения площади полагалось откомандирование в Москву, увольнение и даже, возможно, тюрьма! A pro utajování skutečností překročení oblast oddělení měl do Moskvy, a možná dokonce i propuštění vězení!

Но есть же на свете здравый смысл, подумал я и настрочил в Москву начальству подробное письмо, в котором в деталях обрисовал ситуацию – так и так, мало того, что работа будет продуктивнее, так еще и 50 тысяч баксов в год экономии в придачу! Ale tam je světlo na zdravý rozum, jsem si myslel, a načmáral své nadřízené v Moskvě podrobný dopis, ve kterém popsal situaci podrobně - a tak dále, že práce budou produktivnější, protože více a 50 tisíc dolarů ročně úspory v smlouvat! Будьте любезны, сделайте исключение, приравняйте меня как бы к советнику, ради интересов дела. Laskavě udělat výjimku, dovolte mi, abych jako poradce, v zájmu podniku.

В ответ гробовое молчание. V reakci na mlčení. Запрашиваю телексом – получили ли письмо. Telex žádosti - dostal dopis. Приходит ответ, да, письмо получили, но ваша просьба удовлетворена быть не может. Přichází odpověď, ano, dopis obdržel, ale váš požadavek nemůže být splněn. И все – точка. A všichni - období. Сухо и даже грубо. Suché a dokonce i hrubý.

Приехал я вскоре в отпуск, пришел к финансовому начальнику, говорю – как же так, я же вам 50 тысяч экономии предлагаю, а тот смотрит на меня с сожалением, как на больного, и говорит: да хоть миллион. Brzy jsem přišel na dovolenou a přišel k financování šéf a řekl - stejně jako já si navrhnout uložení 50 000, a on se na mě se soucitem, jako pacienta, a říká, ale aspoň milion. Хоть десять миллионов. Nejméně deset milionů korun. Эта инструкция не знает исключений – они не предусмотрены, по принципиальным причинам. Tento pokyn nezná výjimky - nejsou poskytovány hlavních důvodů. Ну ладно, говорю, жаль, придется оставаться там, где есть. No, já říkám, je mi líto, musí zůstat tam, kde k jídlu. Без связи, но с тараканами. Bez komunikace, ale šváby. Постой, говорит начальник. Počkejte, říká hlava. Ты же умный, кажется, парень? Jsi chytrá, myslím, člověče? А если умный, говорит, то думай. A pokud inteligentní, mluví, myslím. Понял? Máš to? Шевели мозгами. Mozek.

Я думал-думал и придумал. Myslel jsem si a přemýšlel a přemýšlel. Пошел по возвращении к моему крестьянину и говорю: дом мне подходит. Šel jsem po svém návratu k zemědělci a říct, dům pro mě. Но есть условие – вы должны одну комнату запереть на ключ и запретить мне ею пользоваться. Ale tam je podmínka - Máte pokoj zamčené s klíčem, a zakázat, abych se ji používat. И записать это в договор. A to je napsáno ve smlouvě. Тут уже крестьянин стал смотреть на меня, как на больного. Zde se farmář podíval se na mě jako pacienta. Даже хотел сначала отказаться от сделки – опасно иметь дело с ненормальными. Dokonce nejprve chtěl odmítnout dohodu - je nebezpečné zahrávat si s abnormální. Но потом пожалел меня все-таки. Ale pak mi líto všech stejné.

И чем больше я обо всем этом думал, тем больше понимал: нет, долго это продолжаться не может. A čím víc jsem o tom všem, čím jsem si uvědomil: ne, je to dlouhá doba nemůže pokračovat. Но, конечно, и представить себе не мог, что через каких-нибудь лет семь Советского Союза не будет, а рубль начнет новую, полную приключений и опасностей жизнь. Ale, samozřejmě, si nedokázal představit, že po kakih-nibud sedm let Sovětského svazu nebude, a rubl se začít nový, plný dobrodružství a nebezpečí života.

И еще одно примечание в конце. A ještě jedna poznámka na závěr. Помните советские презервативы, прозванные за известные качества «галошами»? Vzpomeňte si na sovětské kondomy, přezdíval pro známé "galoše" kvality? (Если не помните, ваше счастье!) Так вот, ни в одной стране, где действовала бы нормальная, полноценная валюта, это не было бы возможно. (Pokud si nepamatujete své štěstí!) Tak, v jakékoli zemi, kde by fungovat normální, plnohodnotný měnu, by to nebylo možné. Настоящие деньги просто не позволили бы ничему подобному существовать. Skutečné peníze prostě nedovolí něco podobného existuje.