Не всё то золото, что шуршит Není všechno zlato, které šustí
История чека в маленьком городке вполне могла показаться вам слишком абсурдной, чтобы всерьез считать ее примером из жизни денег. Historie kontroly v malém městě by mohl dobře zdá se vám příliš absurdní, aby se vážně uvažovat jako příklad života peněz. Что за чушь, в самом деле, какой-то дядя явился незваным гостем, потом исчез, оставив после себя какой-то сомнительный финансовый документ, не имеющий, видимо, никакого обеспечения, и вот жители города почему-то начинают вполне успешно пользоваться им как деньгами. Jaký nesmysl, ve skutečnosti nějaký muž byl vetřelec, a pak zmizela a zanechala za sebou obtížnou finanční dokument, který nemá, zdá se, že žádné zajištění, a že obyvatelé města velmi dobře z nějakého důvodu začne používat jako peníze. В реальности же ничего такого не бывает? Ve skutečnosti nic takového stane?
Бывает. To se stává. Что-то подобное произошло совсем недавно – не в Америке, а на Ближнем Востоке. Něco podobného se stalo v poslední době - a to v Americe a na Středním východě.
Незваным «дядей» в данном случае был президент Ирака Саддам Хусейн, который, утратив контроль над курдами на севере страны, оставил им «в наследство» свои иракские динары. Uninvited "strýc" v tomto případě byl prezident Iráku Saddáma Husajna, který poté, co ztratil kontrolu nad Kurdy na severu, vlevo je s "zdědila" své iráckých dinárů.
Курдистан отделила от Ирака не разлившаяся река, а незримая граница, проведенная США и Великобританией, которые в 1991 году, после первой войны в Персидском заливе, объявили этот район «защищенной зоной». Oddělil se od iráckého Kurdistánu se potřísnění řeku a neviditelné hranice, která se konala v USA a Velká Británie, která v roce 1991, po první válce v Perském zálivu, oblast prohlášena za "chráněné území". Американские и британские самолеты, постоянно летая над этой демаркационной линией, не допускали в Курдистан иракские войска. Americká a britská letadla, stále letí přes demarkační linii, která neumožňuje iráckých vojáků do Kurdistánu.
В результате курды получили что-то вроде неполной, странной, но независимости. Jako výsledek, Kurdové mají jakýsi neúplný, podivné, ale nezávislost. Были созданы местные органы власти, проводились выборы. Byly vytvořeny místní správy konaly volby. Даже флаг и государственный гимн были определены, хотя их никто в мире и не признал. Dokonce i vlajka a hymna byly identifikovány, i když nikdo na světě neuznal. Ополчение «пешмерга» выполняло роль вооруженных сил, была и своя полиция, и суды и так далее. Milice "Peshmerga," hrál roli ozbrojených sil, a byl jeho policii a soudy a tak dále. Но вот своих денег у Курдистана не было. Ale tady je to peníze v Kurdistánu nebyl.
Осталась, правда, куча бумажек с портретом «дяди», которого курды страстно, всем народом, ненавидели. Levá, pravá, banda papíry s portrétem "strýc", které Kurdové vášnivě, všichni lidé nenávidí. (Было за что: Саддам уничтожал их целыми деревнями, травил горчичным газом, явно презирал, считая расово неполноценными.) (Bylo to za to: Saddám zničil celé své vesnice, otrávené s hořčičným plynem, jasně opovrhoval v domnění, rasově méněcenné.)
Празднуя освобождение, некоторые горячие курдские парни принялись было устраивать костры из бумажек с отвратительным им портретом. Oslava propuštění některých horkých kluky kurdská začal organizovat ohně byly z kousků papíru s jeho nechutný portrét. Но старейшины их остановили. Ale oni byli zastaveni od starších. Погодите, эти фантики могут нам еще пригодиться, сказали они. Počkat, mohou být tyto obaly stále být užitečné, řekli. Сугубо временно, конечно, придется еще ими попользоваться. Čistě dočasné, samozřejmě, že ještě půjčit. Пока не обзаведемся собственной валютой. Není vybaven své vlastní měně.
Но нет ничего более постоянного, чем временное. Ale není nic trvalejšího než dočasné. «Дядины» денежки оставались в обороте в Курдистане до самого свержения Саддама в 2003 году. "Strýce" peníze zůstaly v oběhu v Kurdistánu až do svržení Saddáma v roce 2003.
Причем в основной, арабской, части Ирака была проведена денежная реформа и напечатаны новые банкноты, а прежние – выведены из оборота. Navíc v hlavní, Arab, byl Irák součástí měnové reformy a tištěné nové bankovky a staré - z výroby.
Таким образом, курды больше десять лет пользовались официально не существующими деньгами! To znamená, že Kurdové si užili více než deset let, oficiálně neexistující peníze!
И как пользовались? A oni používají? Очень успешно. Velmi úspěšný. В Курдистане сложилась странноватая, но по-своему здоровая экономика. V Kurdistánu bylo divné, ale v jeho vlastní zdravé ekonomiky. По крайней мере, в сравнении с саддамовским Ираком, курдские районы явно процветали – особенно после 1996 года, когда прекратились междоусобицы, а ООН стала выделять им пропорциональную часть средств из фонда «Нефть в обмен на продовольствие». Alespoň ve srovnání s Irákem Saddáma Husajna, že kurdské oblasti jednoznačně daří - zejména po roce 1996, kdy spor přestalo a OSN musí rozdělit je na poměrné části fondu "ropa za potraviny". Это позволяло в значительной степени компенсировать последствия довольно жесткой экономической блокады, которую устроило курдам багдадское правительство. To nám umožnilo do značné míry kompenzovat dopady velmi tvrdé hospodářské blokády, které uspořádal Kurdy Bagdád vládu.
В итоге не было недостатка в товарах, активно шло строительство, открывались новые фермы, небольшие и средние фабрики, магазины, кафе и рестораны. Jako výsledek, tam byl žádný nedostatek ve zboží předané aktivně budovat, otevřel nové farmy, malé a středně velké továrny, obchody, kavárny a restaurace. Оставленные «дядей» деньги великолепно работали, в то время как в Багдаде и других иракских городах еда и товары первой необходимости распределялись по карточкам, люди ходили голодными. Opuštěné "strýc" pracoval velké peníze, zatímco v Bagdádu a dalších iráckých měst, potravin a základního zboží na příděl, lidé hladověli.
Конечно, у Саддама было великолепное оправдание – международные санкции. Samozřejmě, že Saddám byl skvělý důvod - mezinárodní sankce. Вдобавок курды получали международную помощь. Kromě toho, Kurdové získat mezinárodní pomoc. Всё так, но свою роль играли и деньги: прежняя, отмененная Саддамом валюта выполняла эту роль в Курдистане полноценно, имея полную свободу отражать баланс спроса и предложения, измерять труд и стоимость. Všechno pravda, ale jeho role byla hrána a peníze: starý, zrušil Saddámova měnu je splněna tuto roli zcela v Kurdistánu, s naprostou svobodu odrážet nabídku a poptávku, měření práce a nákladů. В то время как за пределами «защищенной зоны» был установлен госконтроль над ценами, ужесточались командные методы и все равно не удавалось избежать свирепой инфляции. Zatímco mimo "chráněné zóny" byla založena státní kontrolu nad cenami, rozšíření příkazu metody a stále nemohl uniknout divokou inflaci.
Новые динары Саддама были «деревянными» – их ни на что официально обменять было нельзя. Nové Saddam dinárů jsou "dřevěné" - bez ohledu na jejich formální výměna bylo nemožné. (А «черный рынок» оценивал их во много раз меньше номинала.) ("Černý trh" cena je na mnohem nižší než nominální hodnotu.)
В Курдистане динары-призраки, официально отмененные, свободно конвертировались в доллары и фунты, в турецкие лиры и так далее на любом углу – то есть в обменных пунктах. V Kurdistánu duch dinár oficiálně zrušen volně převedeny na dolary a libry a turecké liry a tak na libovolném úhlu - to znamená, že ve směnárnách. Некоторый дефицит денежной массы помогал сдерживать инфляцию, поддерживать стабильность цен – подобно тому, как золотой стандарт в свое время делал это в первой половине ХХ века. Nedostatek peněz pomohl k omezení inflace a cenové stability - stejně jako zlatý standard v době, kdy to udělal v první polovině dvacátého století.
Обменивались друга на друга в Курдистане и динары – старые на новые, и обратно. Vyměnit za sebou v Kurdistánu a dinárů - od nejstarší a naopak. Начали с соотношения один к одному. Začali jsme v poměru jedna ku jedné. А закончили в 2003-м тем, что за один «ненастоящий» давали 300 «настоящих», имеющих официальное хождение. A skončil v roce 2003, protože "falešná" dát 300 "skutečný" s oficiálním oběhu. Каков триумф для курдов и каков парадокс для экономистов! Jaký triumf pro Kurdy a co je paradox pro ekonomy!
Как же надо было называть эти удивительные деньги? Jak jsem musel volat tento úžasný peníze? Курдскими – никак, с таким портретом и соответствующими надписями – невозможно. Kurdská - v žádném případě, s portrétem a příslušné štítky - je nemožné. Иракскими – тоже, Багдад от них отрекся. Irák - stejně jako Bagdád upírány.
И так появилось в истории денег это странное словосочетание – «швейцарский динар». A tak tam byly peníze v historii této podivné věty - "švýcarský dinar". Почему швейцарский? Proč jsou švýcarské? А потому, что эти банкноты были в Швейцарии напечатаны. A protože se tyto bankovky byly vytištěny ve Švýcarsku.
Курдам очень нравилось называть доставшиеся им динары именно «швейцарскими» – по аналогии со швейцарским франком, имеющим репутацию чуть ли не самой прочной и стабильной валюты мира. Kurdové rád nazývat zdědil dinár je "švýcarský" - obdobně jako u švýcarského franku, mají pověst téměř nejvíce pevnou a stabilní měnou na světě.
Это пример, как община (почти государство, причем не такое уж маленькое – примерно 3–4 миллиона человек) может длительное время совсем неплохо обходиться самыми странными деньгами, ничем не обеспеченными и не подкрепленными, вообще юридически не существующими. Toto je příklad toho, jak komunita (o stavu, a není tak malý - asi 3-4 milionů lidí), může být docela dobrý pro dlouhou dobu, to nejpodivnější peníze, žádné bohaté a nebude podpořena, obecně nejsou právně neexistuje. Если есть на то ясно и решительно выраженная воля общества. Pokud je jasně a silně vyjádřené vůli společnosti. Еще одно доказательство того, что в действительности деньги – в человеческих головах, а не в монетах, не банкнотах и не деревянных палочках. Dalším důkazem toho, že ve skutečnosti peníze - v myslích lidí, a to v mincích, ne zákonů a dřevěné hole. Дело материальных символов – помогать измерять и фиксировать трансакции, а также регистрировать накопление стоимости. Symboly Materiál pouzdra - pomoci měřit a zaznamenávat transakci a zaznamená akumulační hodnotu. Но вера в силу этих символов непременно должна быть прочной. Ale víra v sílu těchto symbolů musí nutně být silný.
Поэтому-то, наверно, сразу и не задался эксперимент с другими франками – уральскими, несмотря даже на то, что их рождение имело вроде бы официальное благословение московского правительства. To je důvod, proč, možná ne hned napadlo, experiment s jinými Franks - Ural, a to navzdory skutečnosti, že jejich narození se zdálo být oficiálním požehnáním vlády v Moskvě. В тот момент российской истории – в самом начале 90-х годов – острая нехватка наличности грозила парализовать экономическую жизнь, да и жизнь вообще. V tu chvíli se v ruských dějinách - počátku 90. let - akutní nedostatek hotovosti hrozí ochromit hospodářský život, a život obecně. И вот товарищество «Уральский рынок» в Екатеринбурге решило печатать свои собственные деньги – для того, чтобы было чем платить зарплату, пособия и так далее. A teď partnerství, "Ural trh" v Jekatěrinburgu se rozhodla tisknout vlastní peníze - mít něco na platy, výhody a tak dále. Выбрали слово «франки» – в честь тех же знаменитых швейцарских тёзок. Vybrali jsme si slovo "Franks" - na počest stejných slavných švýcarských jmenovci.
Многие считают, что таким образом оказывалась поддержка витавшим в воздухе идеям уральской независимости. Mnozí věří, že tato podpora se vznášel ve vzduchu k myšlenkám nezávislosti na Urale. Ведь валюта, безусловно, важнейший признак государственности. Koneckonců, měna je určitě nejdůležitějším rysem státnosti. Выполнены уральские франки были капитально, с девятью уровнями защиты, что наводило на мысль о далеко идущих и долговременных амбициях. Ural Frankové byly provedeny důkladné, s devíti úrovní ochrany, který navrhuje dalekosáhlé a dlouhodobé ambice. Для того чтобы детские пособия некоторое время платить, можно было обойтись чем-нибудь попроще и подешевле. K tomu, aby podpory na dítě platit na chvíli, mohl byste něco udělat jednodušší a levnější.
И, кстати, в 1993 году на протяжении нескольких месяцев, также при одобрении президента Ельцина, Уральская республика формально существовала. A mimochodem, v roce 1993 na několik měsíců, a se souhlasem prezidenta Jelcina, Ural republika formálně existoval. Потом Ельцин передумал и республику своим указом запретил. Pak si to rozmyslel a Jelcin podepsal dekret zakazoval republiku. Сразу стало ясно, что большого будущего нет и у уральской валюты. To okamžitě jasné, že tam je velká budoucnost a Ural měna. Хотя одно время она явно приносила некоторую пользу, немного помогая решить великую российскую проблему дефицита наличности. I když jeden čas, to je jednoznačně přinesla něco dobrého, někteří pomáhají řešit velký problém cash-flow deficitů Ruska.
Просто какое-то повторение на новом уровне удивительного «безмонетного периода» русской истории, когда уже в поздние «зрелые» средние века на Руси вдруг исчезли монеты. Jen opakování na novou úroveň Wonder "coinless období" ruské historie, kdy už je pozdě "zralý" v Rusku, středověk náhle zmizel mince. Крупные выплаты производились слитками серебра или золота, но для покрытия повседневной торговли денег не было, и общины стали снова возвращаться к бартеру и примитивным заменителям денег вроде беличьих шкурок. Velké platby byly vyrobeny ze stříbra či zlata, ale pro každodenní obchod byl bez peněz, a komunita se opět vrátit do primitivního barteru a peněžních substitutů, jako je kotvou kožešin. Только ли татары были в этом повинны? Je to pouze Tataři byli na vině? Историки до сих пор спорят на этот счет. Historici se stále dohadovat o tom. Равно как и о том, кто виноват в нехватке наличности, в возрождении бартера и появлении эрзац-денег в 90-е годы ХХ века… Stejně jako o tom, kdo nese vinu za nedostatku hotovosti v obnově výměnného obchodu a vzniku náhražkový peněz v 90 letech dvacátého století ...
Ведь это к тому времени относится оригинальное явление – превращение «безнала» в «нал» стало источником немалых и регулярных доходов для немалого числа людей. Je na čase použít původní jev - přeměna "zúčtování" v "hotovosti" se stalo zdrojem značné a pravidelný příjem za značného počtu lidí. Обратите внимание: рубль, вроде бы теперь свободный и конвертируемый, снова пытался выстроиться в иерархию – в виде наличности он стоил ощутимо больше, чем лежа на счету в банке. Poznámka: rublu, nyní se zdá být volný a kabriolet, opět snažil se seřadit v hierarchii - v hotovosti stojí podstatně více než ležet na bankovní účet.
Но, подводя итоги, были ли деньгами уральские франки? Ale to shrnul, ať už v hotovosti Franks Ural? В некоторой, не очень значительной степени. Pro některé, ne tak moc. В другой исторической ситуации им могла быть уготована иная, более славная судьба, но на Урале 90-х они успели недолго побыть лишь неким отдаленным подобием английских деревянных «тэлли». V jiné historické situaci, mohly by být připraven na jiné, slavnější osud, ale na Urale, 90 měli krátký pobyt pouze některé vzdálená podobnost anglického dřevěná Tally. " В самом конце века они еще раз попытались вернуться в экономический оборот, компенсируя опять-таки проблемы с ликвидностью на промышленном предприятии. Na konci století se znovu pokoušel se vrátit k hospodářskému cyklu, problémy s likviditou opět vyrovnání v průmyslových podnicích. Но это уже было больше похоже на фарс – уральские франки закончили жизнь с жирным штампом: «талоны на питание». Ale bylo to spíš jako fraška - Ural Frankové život skončil s tučným razítkem "potravinové lístky".
А вот сертификаты, боны и специальные «чеки» советского времени были в большей степени настоящими деньгами, чем их обычные, официальные «коллеги». Ale certifikáty, kupóny a speciální "šeků", sovětská éra byla více než jejich reálné peníze obvykle, oficiální "kolegové." Советский рубль потому не мог именоваться полноценной валютой, что ему не разрешали измерять спрос и предложение и служить инструментом ценообразования. Sovětský rubl, protože si nemohl nazvat plnohodnotnou měnou, který nesměl měřit nabídky a poptávky a cen jako nástroje. Отсюда уже следовало и поражение в других денежных правах, включая и способность конвертироваться в доллары и другие СКВ. Z toho vyplynulo, porážku jiných finančních práv, včetně možnosti být převedena na dolary a jiné cizí měně.
Денежные суррогаты Внешэкономбанка и Внешпосылторга свои функции выполняли исправно. Peníze Náhradníci Vneshposyltorg Vnesheconombank a jeho funkce byla provedena správně. Магазины «Березка» снабжали отличным ассортиментом товаров советских загранработников, согласившихся вернуть государству часть своей валютной зарплаты. Obchody "Bříza" dodává širokou paletu zboží sovětských pracovníků v zahraničí, stát souhlasil s návratem část jejich měnové platu. Но и тут нельзя было обойтись без иерархии. Ale tady to bylo možné udělat bez hierarchie. Сначала существовали три категории сертификатов: с синей полосой – для совграждан, трудившихся в соцстранах, желтой – в развивающихся, и совсем без полосы, высшей, самой заветной категории – для тех, кому было оказано высшее доверие: представлять СССР во враждебном капиталистическом окружении. Za prvé, existují tři kategorie certifikátů: s modrým pruhem - na sovgrazhdan, kteří pracovali v socialistických zemích, žlutá - při vývoji a zcela bez kapely, nejvyšší, nejvyhledávanější kategorií - pro ty, kteří toho byly nejvyšší důvěru: do představují SSSR v nepřátelské kapitalistické obklíčení.
Есть, правда, и более грубое объяснение такой системы – тех, кто работал в капиталистическом изобилии, надо было сильнее мотивировать – чтобы не поддавались всяким соблазнам. Tam být, nicméně, a více než hrubé vysvětlení systému - těch, kteří pracovali v kapitalistické hojnosti, by byli více motivováni - ne vzdát se pokušení všeho druhu. Кроме того, сдаваемая ими валюта была элементарно более ценной для государства, вот за нее и давали больше реальных благ. Kromě toho se prodávají měny je cennější pro základní stav, a tak pro ni, a dal další realistické hodnoty. Возможно, все три соображения принимались в расчет. Možná všechny tři se berou v úvahu.
Так или иначе, но разные сертификаты выстраивались строго по ранжиру и имели, соответственно, очень разную стоимость на «черном рынке». Tak či onak, ale různé certifikáty byly postaveny přesně podle velikosti, a měl proto velmi odlišné náklady na "černém trhu".
В середине 70-х все три категории заменили на одинаковые «чеки Внешпосылторга», которые на чеки вовсе не были похожи, такое название, видимо, дали им, не найдя других. V polovině 70. let byly všechny tři kategorie nahrazen stejným "Vneshposyltorg kontroly", který kontroluje nejsou podobné, tento název se zdá, že jim dal, a ne najít ostatní. Поражало, что даже копейки печатались на бумаге, чеканить отдельные монеты было, видимо, накладно. Dojem, že ani cent vytištěn na papíře, některé mince mincovny byl pravděpodobně dražší. Да и как их тогда называть? A jak se jim říkalo? Алтыном, резаном, куной? Altyn, řezání kunoy?
Замена, впрочем, была фальшивой – были введены соответствующие коэффициенты для различных по ценности валют: совсотрудник в Ираке мог получить, например, за свою номинальную зарплату почти в пять раз больше, чем его коллега в Польше или ГДР. Náhradní, nicméně, byl falešný - byly zavedeny příslušné koeficienty pro různé hodnoty měnách: sovsotrudnik v Iráku by mohla získat například jejich nominální mzdy je téměř pětkrát větší než jeho protějšek v Polsku nebo v NDR. В какой мере все эти чеки и сертификаты были деньгами? Do jaké míry se tyto kontroly a certifikáty byly peníze? Превосходя нормальный, общий советский рубль по своей покупательной способности и обеспечивая баланс спроса и предложения в замкнутой общине загранработников, они не могли, тем не менее, полноценно выполнять другие денежные функции. Překonávat normální, celková sovětský rubl v jejich kupní síly a lepší rovnováhu mezi nabídkou a poptávkou v uzavřené komunity pracovníků v zahraničí, mohly by však plně vykonávat další funkce peněz.
Зарплаты высчитывались в так называемых «инвалютных рублях». Mzdy byly vypočítány v tzv. devizových rublů. " А вот это уже было по-своему прогрессивное, обогнавшее свое время начинание, поскольку в реальности, физически, таких рублей не существовало вообще. Ale to bylo už v jeho vlastní progresivní, dopředu jeho času podniku, protože ve skutečnosti fyzicky tyto rublů neexistovala vůbec. Они были лишь единицей измерения особо ценных трансакций – с заграничными партнерами по торговым и другим обменам. Byli pouze jednotka měření vysoké hodnoty transakcí - se zahraničními partnery v oblasti obchodu a dalších výměn. Когда инвалютным рублям надо было материализоваться для выплат, они делали это в форме либо той или иной иностранной валюты, либо, как в случае с совзагранработниками, в этих самых псевдочеках или сертификатах. Když devizové rublů se zhmotnil platit, oni dělali tak buď ve formě cizí měně, nebo, jako v případě sovzagranrabotnikami v těchto nejvíce psevdochekah nebo certifikáty.
Отсюда и курс: девяносто инвалютных копеек за доллар США. Proto rychlost: devadesát centů z cizí měny na americký dolar. Откуда отсюда? Kde teď? С потолка… Od stropu ...
Два мира – реальных денег и денег административных – не могли отделиться друг от друга, им надо было взаимодействовать. Dva ze světa - skutečné peníze a administrativní peníze - nelze oddělit od sebe, museli komunikovat. Для этого им нужен был посредник, как бы переводчик. K tomu potřebovali prostředníka, jako kdyby interpret. Инвалютный рубль во всех своих формах и был таким посредником. Zahraniční měny rublů ve všech jeho podobách a byl takový prostředník. Но деньгами в полном смысле слова его считать нельзя. Ale peníze v plném smyslu jeho slov nelze považovat.
Есть еще один вид бумажных, тоже ненастоящих денег, которые тоже должны соединить два несовместимых мира. Tam je jiný druh papíru, i falešné peníze, které také musí spojit dva nekompatibilní svět. Это китайские «деньги преисподней» («Hell Money»), широко применяемые при погребениях. To je čínská "peníze podsvětí" ("Hell Money"), je široce používán pro pohřbívání. Никаких иных функций у них нет. Žádné další funkce, které mají.
Эта целая многомиллионная индустрия, поскольку китайцы по всему миру покупают и используют их в больших количествах. Celý tento multi-milión dolaru průmyslu, protože Číňané jsou po celém světě kupují a používají je ve velkém množství. На банкнотах обозначены цифры – например, 10 миллионов долларов или даже миллиард – это не имеет решающего значения, цена «адских банкнот» определяется прежде всего качеством выделки, а потом уже только номиналом. Na bankovek označených čísly - například, $ 10 milionů, i miliard - není rozhodující, je cena "peklo" poznámek určen především na kvalitu svíčky, a to pouze nominální hodnota. Их сжигают в специальных печах, и считается, что они попадают вместе с умершим в преисподнюю, где ему должны либо определить наказание за грехи, либо назначить к перевоплощению, либо отправить в рай. Oni jsou spáleny ve speciálních pecích, a to je věřil, že se stanou spolu se zesnulými do podsvětí, kde se musí buď stanovit trest za hřích, nebo jmenovat reinkarnaci, nebo poslat do nebe. Видимо, предполагается некоторый элемент коррупции в преисподней, коли эти деньги могут помочь в загробной жизни облегчить участь. Zdá se, že se předpokládá určitý prvek korupce v podsvětí, v případě, že peníze mohou pomoci zmírnit kritickou situaci v posmrtném životě. Но, возможно, они покупают и некие бестелесные удовольствия. Ale možná si kupují a některé odtržené potěšení.
Эти загробные деньги, без сомнения, являются и товаром и символом, но совсем не в монетарном, не финансовом смысле слова. Tento podsvětí peníze, není pochyb, jsou komoditou a symbol, ale ne v měnové, fiskální není smyslu.