Товар против символа Výrobek proti symbolu

Эти два термина чаще всего встречаются в определениях денег. Tyto dva termíny jsou nejvíce často nalezené v definicích peněz. Но вступают между собой в противоречие, я бы даже сказал: в схватку и требуют от вас определиться: на чьей вы стороне? Ale přijít do konfliktu mezi sebou, tak bych dokonce říci: do boje, a vyžadují, abyste se rozhodli: na čí straně jsi?

Из всего мной уже написанного, наверно, понятно, что я свою ставку сделал довольно твердо, я – за символ. Od všeho, co jsem už napsal, snad je jasné, že sázka jsem docela solidní, I - pro charakter.

Хотя очень хорошо понимаю и сторонников первого. I když chápu velmi dobře, a příznivci první. Вот, например, мой коллега по «Известиям», а ныне один из директоров весьма уважаемой компании Михаил Бергер очень эмоционально реагирует на этот спор: он «категорически не согласен» с теми, кто отвергает товарные качества денег. Například můj kolega z "Izvestija", a teď jeden z ředitelů velmi renomované firmy, Michail Berger, velmi emotivní reakci na tuto diskusi: byl "silně nesouhlasí" s těmi, kteří odmítají komoditu jako peníze. Ведь у денег есть своя полезность, а значит, и своя стоимость. Koneckonců, peníze má vlastní nástroje, a proto jeho náklady. У денег есть цена, разве нет? Máme peníze cenu, ne? Добывая кредиты для своего бизнеса, высчитывая, сколько надо будет в месяц и в год платить за эту жизненно необходимую субстанцию, трудно думать иначе. Tím, že produkuje kreditů do svého podnikání, výpočet, kolik bude třeba za měsíc a rok platit za této životně důležité látky, je těžké přemýšlet jinak. Это же вам не абстрактные теории – это реальная практика! To jste vy, není abstraktní teorie - je to reálné praxe! Да и любой нормальный человек, практик, а не теоретик мыслит также, говорит Бергер. Navíc, každý normální člověk, odborník, ne teoretik myslí dobře, říká Berger. Он знает, он может отложить часть своей зарплаты и «продать» ее – за некоторую сумму. Ví, že může odložit část svých mezd a "prodat" to - po určitou. Причем надо еще «поторговаться», то есть выяснить, какой банк, по какому депозиту и на каких условиях ее «купит». A být stále "dohoda", která je, zjistit, které bankovní vklad na co a za jakých podmínek svůj "koupit". И наоборот, взяв кредит на стиральную машину, ты тоже платишь за деньги банку и тоже сначала прицениваешься, как бы «купить» их подешевле. Naopak, s úvěrem na pračku, můžete také zaplatit peníze do banky a také pozoroval jako první, jak by se "koupit" je levnější. Есть цена, есть купля-продажа, как же можно спорить с тем, что деньги – товар, хоть и специфический? Tam je cena, je prodej, jak můžete tvrdit, za ty peníze - komodity, i když konkrétní?

Да я и сам уже предлагал модель, в которой именно деньги рассматриваются как желанный всеми товар, за который каждый из нас платит свои «деньги» – наш труд, изготовленные нами товары, наше время, наши таланты… Модель эта, мне кажется, очень помогает пониманию механизмов спроса-предложения. Já sám jsem navrhl model, ve kterém jsou peníze považována za žádoucí pro všechny výrobky, pro které každý z nás platí své "peníze" - Naše práce, výrobky vyrobené u nás, náš čas, naše talenty ... Tento model je, myslím, velmi užitečné pochopení mechanismů nabídky a poptávky. Как интеллектуальное упражнение и даже, возможно, основа для некоторых математических расчетов, полезно. Jako intelektuální cvičení, a dokonce možná základem pro některé matematické výpočty, je to užitečné. Но… Ale ...

Все же, положа руку на сердце, не согласен. Přesto se ve vší upřímnosti nesouhlasím. Товар в моем представлении должен обладать конкретными потребительскими качествами. Položky podle mého názoru by měly mít specifické vlastnosti spotřebitelů. После переработки из зерна будет хлеб, из нефти – бензин, и так далее. Po zpracování obilí bude chléb z ropy - benzín, a tak dále. Ну так а из денег вообще все что угодно получить можно, возразят на это. No, jak všechny peníze, aby si všechno možné argumentovat pro něj. Но это уже софистика – не из самих же денег физически, не их этих разноцветных бумажек, не из этих фантиков будут извлечены всякие чудесные потребительские полезности, а из чего-то другого – хотя, конечно, с их помощью как инструмента. Ale to je sofistika - žádné peníze z samý fyzicky, oni nejsou ty barevné papírky, a ne jeden z těchto obalů budou odstraněny žádné zázračné spotřebitele nástroj, ale z něčeho jiného - i když, samozřejmě, používají je jako nástroj.

И насчет цены. A co o ceně. Разве сами деньги мы продаем и покупаем? Je peníze sám, jsme prodat a koupit? Нет, мы торгуем «временем денег». Ne, my prodáváme "peníze času". Иначе говоря, мы их сдаем или берем в аренду. Jinými slovy, my jsme jim nájem, nebo se o pronájmu. Пользуемся и возвращаем. Použití a vrátit. И за эту аренду, как и за аренду чего угодно другого, платим! A z tohoto pronájmu, nájemné jako něco jiného, ​​budeme platit! У этой аренды есть цена, тоже постоянно меняющаяся в зависимости от обстоятельств. V této nájemní smlouvy je cena, taky se neustále mění v závislosti na okolnostech.

Есть, кстати, еще одно объяснение, не противоречащее, впрочем, предыдущему. Tam je, mimochodem, je další vysvětlení, které není v rozporu, nicméně předchozí. Кредит – это продажа «упущенной возможности». Úvěr - prodej "promarněných příležitostí". Мог бы сам с этими деньгами таких дел наворотить! Mohl s penězi, takových případů nadýmání! Столько полезного накупить, столько удовольствия получить (или даже бизнес новый начать!). Tolik užitečná koupit, tak zábavné dostat (nebo dokonce založili vlastní podnik!). А вот нет, принес это все, временно, по крайней мере, в жертву, одолжил вам. Ale ne, je to přineslo, přinejmenším dočasně, jako oběť, půjčoval na vás. Так извольте мне за все эти упущенные возможности заплатить! Tak na mě tak hodný pro všechny ty promarněných příležitostí platit! Есть, кстати, еще и проблема инфляции – аналог амортизации других взятых в аренду товаров. Tam je, mimochodem, je také problém inflace - podobný odpisy dalších pronajatých zboží. Ее ведь тоже надо как-то компенсировать, но это уже отдельная песня, вернее глава этой книги под названием «Волшебная веревочка процента». I ona musí nějak kompenzovat, ale to je jiný příběh, nebo spíš hlavu knihy s názvem "The Magic Rope procent."

Но не стоит вдаваться в крайность и считать, что вне денег не бывает материальных отношений между людьми. Ale nechodí do extrému a předpokládají, že peníze zvenčí žádné významné vztahy mezi lidmi.

Нет, бывает и без денег. Ne, to se stane, a ne peníze. И я имею в виду не только бартер. A tím myslím nejen vyměnit. Когда даришь женщине брильянт. Když dáte ženu diamant. Когда воруешь велосипед. Když krást na kole. В этих действиях нет обмена, нет цены. V těchto akcí není výměna, žádná cena. Но стоимость есть, она никуда не делась. Ale cena je, nebude to pryč.

Существовали общества, в которых подарки играли центральную роль. Existují společnosti, v nichž dárky hrály ústřední roli. В 950 году до нашей эры царица Савская соревновалась с Соломоном не только в мудрости, но и в щедрости – кто кого перещеголяет дорогими дарами. V roce 950 př.nl, královna ze Sáby u Šalomouna soutěžily nejen v moudrosti, ale také ve štědrosti - kdo se dostane překonat drahé dárky. Я уже упоминал «потлатч» – обычай, существовавший в общинах североамериканских индейцев вплоть до ХХ века, – социально обязательный обмен подарками. Zmínil jsem "Potlatch" - vlastní, která existovala v komunitách severoamerických indiánů až do dvacátého století, sociálně povinné výměně darů. Канадские власти в какой-то момент вынуждены были даже объявить «потлатч» уголовным преступлением – их беспокоило, что порой индейцы залезали в тяжелые долги и целые семьи вынуждены были подолгу ходить чуть ли не голодными – лишь бы позволить себе подарить что-нибудь подороже. Kanadské úřady v určitém okamžiku dokonce prohlásil "potlatch," trestný čin - se obávají, že někdy Indové nastoupili do těžkých dluhů a rodiny byly nuceny projít dlouhou dobu téměř hladovění - i kdyby jen dovolit, aby něco dražší. Такие вот, как сказали бы сейчас в России, «понты» – но на самом деле обычай, пойти против которого не могла заставить даже угроза тюрьмы. Takové jsou, jak by se dalo říci, v Rusku dnes, "chlubit" - ale ve skutečnosti vlastní, jít proti tomu mohl dělat i hrozbu vězení.

Социальный успех, престиж личности оценивался в зависимости от ценности подаренного. Sociální úspěch, prestiž, byla osobnost posuzována podle hodnoty darované. В то же время культура подарков играла роль своего рода налога, в некоторой степени перераспределявшего общинное благосостояние. Současně hraje roli kultury představuje druh daně, do jisté míry přerozdělených komunitní péče. Пережитки этих отношений мы встречаем до сих пор – в ослабленной форме – например, на Кавказе. Pozůstatky těchto vztahů zjistíme, tak daleko - v oslabené formě - například na Kavkaze.

Итак, в таком товарообмене деньгам вроде бы делать нечего. Takže v barterové peníze Zdá se, že nic dělat. Цены нет. Ceny ne. Но стоимость есть. Ale náklady. А разве это не одно и то же? Není to totéž? Как сказать… Jak se řekne ...