Ответ может быть только один – секрета не существует Vastus saab olla ainult üks - ei ole saladus

Я воспользовался старым знакомством и попросил Мартина Вульфа специально для читателей этой книги объяснить, в чем же дело? Ma kasutasin vana tuttav ja küsis Martin Wolf spetsiaalselt lugejad selle raamatu, et selgitada, mis toimub? Вот что он сказал: Siin on, mida ta ütles:

«Там, в большом мире, заключены миллионы и миллионы контрактов. "Seal on suur maailm, miljonite allkirjastatud lepingud. И новые миллионы заключаются каждый день. Ja miljonid on iga päev. Деривативов позаключали на сотни триллионов (!) долларов. Derivaadid pozaklyuchali sadu triljoneid (!) Dollarit. Кто же может хотя бы приблизительно знать, что там происходит, кто способен разглядеть тенденцию? Kes saab teada vähemalt umbes, mis seal toimub, kes näevad trend? Никто! Keegi! И вот парадокс – мы можем предсказать приближение тайфуна, цунами и урагана, но не рецессии! Ja siin on paradoks - me ei saa ennustada lähenemisviisi taifuun, tsunami ja orkaani, kuid mitte majanduslanguse! Мы можем говорить о том, что она случилась только постфактум – два месяца спустя после начала события». Me võime rääkida, et see juhtus alles siis, kui tegelikult - 2 kuu jooksul pärast ürituse algust. "

Вот что создал человек. See, mida inimene loonud. Не придумал, нет, а создал. Ärge leiutas seal, ja loodud. Или, может, не сам все-таки создал? Või äkki ta ei loonud? Может, это и в самом деле – бог из машины? Võibolla on see tegelikult - jumal auto? Или демон? Või deemon?

Третья сторона монеты 3. külg

Вот представьте, мастерили вы сантиметр, то есть аршин для измерений. Kujutage ette, sa tegid sentimeeter ehk mõõdupuu mõõtmine. Меряете им ценность других вещей. See mõõdab väärtus muid asju. И вдруг он, этот аршин, обретает самостоятельную какую-то жизнь, помогает вам менять одну вещь на другую и сам становится почему-то самой ценной, просто сверхценной вещью… Ja siis ta, õue, saab mingi iseseisvat elu, aidates muuta üks asi teiseni ja mingil põhjusel ta saab kõige väärtuslikum asi ... lihtsalt ülehinnatud

Конечно, в реальности все было как-то иначе (хотя никто до конца не уверен как). Muidugi, tegelikkus oli midagi muud (kuigi keegi ei ole täiesti kindel, kuidas). Но, возможно, наоборот – некие протоденьги (куны, например) нашли себе, в лице модного среди знати украшения, удобного для хранения, транспортировки и обмена, заместителя – и это, конечно, было золото (или в каких-то случаях – серебро (см. главу «Люди гибнут за металл?»). Aga võib-olla vastupidi - mõned protodengi (Coons, näiteks) on leidnud ennast silmitsi mood seas aadel kaunistused, lihtne ladustada, transport ja ainevahetus asetäitja - ja, muidugi, oli kuld (või mõnel juhul - hõbe ( Vt "Inimesed surevad metallist?").

И вот этот никому особенно не полезный сам по себе металл (разве что блестит) вдруг, по щучьему какому-то велению, становится и измерителем всех других стоимостей, этаким универсальным аршином! Ja see, et keegi eriti ei ole iseenesest kasulik metalli (välja arvatud vahutav), äkki mõned Pike 's käsk ja meeter on kõik teised väärtused, mingi universaalne mõõdupuu! И еще заместителем всех, абсолютно всех, без единого исключения, других товаров. Ja kõik vastupidi, absoluutselt kõik, ilma eranditeta ja muid kaupu. И тем самым как бы самым желанным сверхтоваром. Ja nii, nagu ta oli kõige soovitavam sverhtovarom. Причем никто не знает, отчего это вдруг случилось, никто этого специально не изобретал, а как-то вдруг эдак само вышло. Ja keegi ei tea miks see järsku juhtus, ei see ei ole spetsiaalselt välja töötatud, ja kuidagi järsku läks väga kaubaautod. И с тех пор деньги, принимая все более абстрактные, все более замысловатые, даже странные формы, развиваются вместе с человечеством. Ja kuna raha, võttes üha enam abstraktne, rohkem läbimõeldud, isegi veider vormid muutuvad inimkonna.

Сначала золото находит себе еще более удобного заместителя – бумажные деньги. Esiteks, kuld on mugavam asetäitja - paberraha. Те, в свою очередь, заместителя себе – записи в банковских книгах, чек становится платежным средством. Need omakorda asepresident ise - kirjutada panga raamatuid, vaadata seda saab pakkumise. Их, в свою очередь, замещает пластик, а его – электронные деньги… И это, конечно, еще не конец процесса, хотя мы пока себе даже и представить не можем, что последует дальше. Need omakorda asendab plastikust, ja see - raha ... Ja see kindlasti ei ole protsessi lõpp, kuigi me praegu isegi ei suuda ette kujutada, mida tuli järgmine.

Но и то, что уже реально случилось, мы не до конца понимаем – большое видится на расстоянии. Aga mis on tõesti juhtunud, me ei mõista - palju on näha kaugusel. Например, одно появление единой евровалюты чего стоит! Näiteks ühe esinemise Euroopa ühisraha on midagi väärt! Думаю, что мы не в состоянии пока полностью оценить колоссальное значение этого события в истории нашей цивилизации. Ma arvan, et me ei suuda veel täielikult hinnata tohutu tähendus sündmus ajaloos meie tsivilisatsiooni. Раньше этого можно было теоретически пытаться достичь через большую войну, массовое насилие, страдания и широкомасштабное порушение, уничтожение стоимости. Varem, võib see teoreetiliselt püüda saavutada suurt sõda mass vägivalda, kannatuste ja laialt levinud porushenie hävitamise väärtus.

То есть, представляете себе, прорыв линии Мажино, оккупация Парижа, введение оккупационной валюты… Концлагеря и всякие кошмары, а в итоге все равно крушение всего проекта, никакой интегрированной европейской валютно-финансовой системы. See tähendab, et kujutada läbimurret Maginot Line, okupatsiooni Paris kehtestamine okupatsiooni vääringus ... koonduslaagreid ja igasugu õudusunenäod, kuid lõpuks siiski vrakk kogu projekti ei ole integreeritud Euroopa finantssüsteemi.

Единственный раз когда какое-то подобие такой системы все-таки создавали, то это было во времена Александра Македонского, и то она была основана на грубой силе, на лезвиях македонских мечей и, разумеется, долго не продержалась. Ainus kord, kui väljanägemine sellise süsteemi veel loodud, see oli ajal Aleksander Macedon, ning et see põhines jõuvõtete kohta teraga mõõgad ja Makedoonia muidugi ei kesta kaua.

А теперь вот она, голубушка, достигнута без всяких войн и ужасов (если не считать огорчения евроскептиков). Ja nüüd siin ta on, mu kallis, saavutada ilma sõda ja terror (arvestamata meelehärmi euroskeptikud). И новая эра в истории денег начинается, и куда она заведет, неизвестно. Ja uus ajastu ajaloos raha hakkab ja kuhu see viib on teadmata. К 2050 году некоторые экономисты предрекают объединение доллара, евро и иены в одну, всемирную супервалюту… Что это будет значить для нас с вами, подумайте… By 2050, mõned majandusteadlased ennustavad, et liit dollar, euro ja jeeni ühe kogu maailmas supercurrency ... Mida see tähendab meie jaoks, mõtle ...

Но в любом случае главные качественные особенности денег никуда не денутся, деньги, как бы они ни назывались, останутся деньгами. Aga igal juhul peamisi kvalitatiivsed omadused raha ei kao, raha, mida iganes nad on kutsutud jääb raha.

У денег по-прежнему останутся две стороны: во-первых, они превращают качественное в количественное (высокое – в низменное, и это вроде бы плохо, аморально, на это всегда напирал марксизм). Kui raha jääb kaks eesmärki: esiteks, nad pöörduvad kvantitatiivne kvaliteet (kõrge - in base, ja see tundub olevat halb, ebamoraalne, kuna see on alati surutud vastu marksism). Но, с другой стороны, они вносят объективный смысл в человеческое поведение, придают ему конкретность, отдают должное человеческому труду, дают способ его измерить и, как ни странно, освобождают его – от первобытного хаоса как минимум. Aga teisest küljest, nad aitavad kaasa eesmärgi tähendus inimeste käitumist, anda talle konkreetne, austust inimese töö, andma teed seda mõõta, ja imelik küll, vabastati ta - alates primordial kaos minimaalselt. (Правда, как выясняется, свобода от чего-то одного – это всегда зависимость от чего-то другого.) (Kuid nagu selgub, vabadus midagi 1 - see on alati sõltub midagi muud.)

Мало того, теперь уже понятно, что деньги – это некий цемент, связывающий, скрепляющий, удерживающий вместе человеческое общество. Lisaks on selge, nüüd, et raha - see on tsement, sidudes, mis hoiab, mis hoiab inimeste ühiskond koos. Цемент далеко не совершенный, действующий грубовато, допускающий то и дело структурные искажения, дающий трещину… Но ничего другого и близко пока не появилось, а попытки заменить этот волшебный клей чем-то другим – например, государственным насилием – окончились провалом. Tsement ei ole täiuslik, tegutsedes ebaviisakas, nüüd ja siis võimaldades struktuuri moonutamist, mis annab crack ... kuid midagi lähedalt ja ei ole veel ilmunud, ja püüab asendada see maagiline liim midagi muud - näiteks riiklik vägivald - lõppes läbikukkumisega.

Но есть у этой монеты, кажется, как ни странно, некая третья сторона! Aga seal on see münt, tundub, kummalisel kombel, mõned kolmanda osapoole!

Экономика – это логика ограниченных ресурсов. Majandus - on loogika ressursid on piiratud. Деньги – как полномочный представитель реальной экономики, как ее адекватное отражение – тоже должны быть ограничены в размерах. Raha - nagu volitatud esindaja reaalmajandusele, sest see on piisav peegeldus - tuleb ka piiratud suurusega. Только тонкий вопрос: до какой степени? Ainult väike küsimus: millisel määral? Возможно, деньги должны немного – только немного! Võibolla raha peaks olema natuke - natuke! – как бы забегать вперед, давать некий люфт – подтаскивать за собой экономику, толкать ее к расширению… - Kuidas saada edasi teha play - lohistada majanduses lükake laiendada ...

Деньги – машина времени, заглядывающая вперед, и ни в чем это так ярко не выражается как в функции кредита, олицетворяющего веру в будущее. Raha - ajamasina eesolevaid ja midagi nii selgelt ei saa väljendada funktsiooni laenu kehastab usku tulevikku. Благодаря ему могут осуществляться самые грандиозные проекты. Tänu temale, võib olla kõige ambitsioonikamaid projekte. Строительство грандиозных аэропортов, туннеля под Ла-Маншем, скоростных железных дорог и автобанов. Ehitus suurejooneline lennujaamades, tunneli Manche'i kiire raudteede ja maanteede. Не говоря уже о тысячах, нет, миллионах более мелких частных проектов, индивидуальном предпринимательстве, позволяющем, без всякого Госплана, экономике расти во все стороны – и вправо, и влево, и вверх, и вниз! Rääkimata tuhandeid, mitte miljoneid väiksemaid üksikuid projekte, eraettevõtlust, mis võimaldab ilma riigi planeerimise komisjoni majandusel kasvada igas suunas - ja paremale ja vasakule ja üles-alla! Множество из них закончится пшиком – банкротством или тихим медленным умиранием. Paljud neist lõpevad Ei ühtegi - pankroti-või vaikne aeglane surm. Но сотни других образуют основы мощных транснациональных корпораций будущего, еще тысячи– станут мелкими, но крепкими фирмами и семейными бизнесами – кафе, мастерскими, химчистками, журнальными киосками, составляя становой хребет капитализма. Aga sajad teised aluseks võimas rahvusvaheliste korporatsioonide tulevikus isegi tuhandeid, on väike, kuid tugev ettevõtete ja pereettevõtted - kohvikud, poed, keemiline puhastus, ajalehelett moodustavad selgroo kapitalism. И все это как-то выстраивается в некую потрясающую гармонию, настолько многообразную и сложную, что она не поддается исчислению человеческим умом, да и никаким сверхмощным компьютером тоже… Ja see kõik on kuidagi sisse ehitatud mõni hämmastav harmoonia, nii mitmekesine ja keerukas, et see on ettearvamatu inimmõistuse ja mitte suure võimsusega arvuti, liiga ...

Вообще деньги – они сами и есть суперкомпьютер, равного которому еще очень долго не создать человеку! Üldiselt on raha - ja nad on super, mille sarnast on väga pikk aeg mees!

Так что все замечательно, пока не приходит некий новый кризис. Nii et kõik on hästi seni, kuni tegemist on uue kriisi.

Если происходит сбой, если пропорции нарушены, если настоящее слишком сильно залезает в долг перед будущим, то вся система расстраивается и возможно надолго, как было перед Второй мировой войной. Kui tõrge, kui osa katki, kui praegu satub liiga palju võlga tulevikku, siis kogu süsteem on ärritunud ja võib-olla jäädavalt, sest see oli enne II maailmasõda. Деньги ломаются ! Raha on katki! И надо уметь их быстро починить. Ja me peame suutma neid parandada kiiresti. А человечество тогда совсем не умело. Ja kui inimkond ei ole osavalt. И теперь-то не очень, но все-таки кое-чему научилось, узнало, например, что, опуская и поднимая учетную ставку кредитного процента, можно сильно воздействовать на реальную экономику, а не только финансы. Ja nüüd, see ei ole väga, kuid veel teada üht-teist õppinud, näiteks, et vähendada ja tõsta intressimäärasid krediidi huvi, võib oluliselt mõjutada reaalmajandust, mitte ainult rahastamisele. Проблема только в том, что это лекарство может иногда почему-то не действовать в желаемом направлении или вдруг вызывает непредвиденные побочные эффекты, причем даже порой возникает опасение – да не будет ли вреда больше, чем пользы? Ainus probleem on see, et see ravim võib mõnikord põhjust mitte tegutsema soovitud suunas või äkki põhjustada ettenägematuid kõrvaltoimeid, ja mõnikord isegi hirm - aga kas ei oleks rohkem kahju kui kasu? И беда в том, что все эти нюансы становятся очевидны и понятны только задним числом. Ja häda on see, et kõik need nüansid on ilmne ja selge ainult tagantjärele. Иногда многого можно достичь снижением налогов – вот сейчас американцы пробуют резко простимулировать свою забуксовавшую экономику и процентной поблажкой (деньги дешевле, что помогает потребителю, спросу), и набором стимулов – и налоговых и монетарных – посмотрим, что получится. Mõnikord palju on võimalik saavutada maksukärped - et ameeriklased üritavad dramaatiliselt stimuleerida oma seiskunud majanduse ja järeleandmist huvi (raha on odavam, mis aitab tarbijate nõudlus) ja komplekt stiimulid - raha-ja eelarvepoliitika ning - vaatame, mis juhtub.

Некоторые экономисты бьют тревогу: им кажется, что Вашингтон действует по лекалам прошлого, когда не было таких высоких цен на энергоносители. Mõned majandusteadlased on kõlav alarm: tundub, et Washington tegutseb mustrid Varem, kui seal oli nii kõrged energiahinnad. Помогая спросу, мы, кажется, тянем не за тот конец веревки! Aidates nõudlus, me ilmselt ei tõmba enam end köie! Более высокий спрос никак не поможет снижению цены на нефть, скорее наоборот! Mida suurem on nõudlus ei aita vähendada nafta hind, pigem vastupidi! Хотя иногда тянешь за «неправильный» вроде бы конец и неожиданно вытягиваешь баланс, эту мистическую точку между спросом и предложением, между деньгами и товаром, именно туда куда надо. Kuigi mõnikord vedama "vale" tundub, et lõpetada, ja äkki tõmbab tasakaalu, see müstiline punkti vahel pakkumise ja nõudluse vahel, raha ja kaup on seal, kus vaja. Примерно так было в эпоху «рейганомики», над которой столь многие в свое время издевались и которой так убедительно, с математикой и клятвами Кейнсом, предрекали неизбежное катастрофическое крушение. Midagi sellist oli ajastu "Reaganomics," mille üle nii palju korraga naernud ja mis nii veenvalt, matemaatika ja lubadusi Keynes, ennustas vältimatu katastroofiline crash.

Посмотрим. Me näeme. Очередной маленький тест на то, может ли человек хоть в какой-то степени управлять делом собственных рук. Teine väike test kas inimene vähemalt mingil määral kontrollida ettevõtte enda kätte.

Но даже если на этот раз что-то получится, удастся кризис смягчить и поскорее вырулить в новый цикл подъема, то и тогда вовсе не факт, что тот же набор мер поможет в будущем. Aga isegi kui seekord midagi saab leevendada kriisi ja kiiresti taxied uude tsükli laienemist, ja isegi siis ei asjaolu, et samu meetmeid, mis aitavad tulevikus. Потому что экономика изменяется все время, причем и структурно тоже. Kuna majandus muutub kogu aeg, nii struktuurilt kui ka. Главная же экономика мира – американская – все глубже и все прочнее переплетается с другими экономиками, прежде всего с китайской (но и индийской и японской, другими тоже), переплетается уже не тысячами, а миллионами, если не десятками миллионов видных и не видных глазу жил. Kuid peamine majanduseks maailmas - USA - sügavam ja tugevam kui kõik läbi põimunud teiste riikide majanduse, eriti Hiina (ja India ja Jaapan, teised ka), on põimunud mitte tuhandeid kuid miljonites, kui mitte kümneid miljoneid silmapaistev ja silmapaistev silma soontes . И уже неизвестно, где решается судьба доллара – в Вашингтоне с Нью-Йорком или во Франкфурте или Пекине, или вовсе даже в Дели и Сингапуре. Ja ei ole teada, kuhu saatus dollar - Washingtonis New Yorki või Frankfurt, või Beijing, või isegi ka Delhi, ja Singapur. И все это – через деривативы – залезает вдобавок в какие-то непролазные виртуальные глубины, процессы, которые мы не в состоянии описать, а тем более предсказать. Ja kõik see - läbi derivaadid - ronib peal mõned läbimatud virtuaalne sügavus, protsesse, et me ei suuda kirjeldada, rääkimata ennustada. Мы стараемся этого не замечать, всё талдычим, как прежде: рост ВВП, широкие деньги, узкие деньги, длинные, короткие, динамика инфляции, дефицит текущего баланса… Пока наконец какой-нибудь Кервьель не заставит нас отпрянуть от привычных таблиц и заглянуть в бездну, в которой нам все равно не так, чтобы много было видно… Me püüame mitte märgata, kõik taldychim nagu enne: SKP kasv, lai raha, kitsas raha, pikk, lühike, dünaamika inflatsioon, jooksevkonto puudujäägi ... Kuni lõpuks mõned Kerviel ei teinud meile kahaneb tavaliselt tabelid ja vaata kuristikku kus me ikka ei ole nii palju näha ...

Перемены слишком быстры, чтобы за ними мог уследить человеческий глаз, и вот уж где история совсем не повторяется, так это в экономике. Muutused on liiga kiire, et jälgida neid võib inimese silm, ja see on tõesti kus lugu ei kordu, mistõttu on majanduses.

Но все-таки какие-то самые общие уроки можно извлечь. Siiski, mõned väga üldised võimalik õppida. Например, что попытки контроля над ценами не помогают никогда – ну, разве что в военное время, но тогда надо вводить уже и полноценную карточную систему. Näiteks, et üritab kontrolli hinnad ei aita alati - hästi, välja arvatud sõja ajal, kuid siis tulnud on juba täis kaardi süsteem. Деньги прекращают тогда свое нормальное циркулирование и функционирование, перестают быть проводником информации и фонариком, высвечивающим направление движения и роста, прогресс останавливается. Raha, siis lõpetage oma tavapärase ringlust ja kasutamist, lakkab juhend teavet ja taskulamp, vilkuv liikumise suund ja kasv, areng peatub.

И с увеличением налогов надо быть осторожнее, и с национализациями. Ja suurendada makse tuleb olla ettevaatlik ja riigistamine. Весь опыт показывает – такие меры могут принести некоторое временное облегчение, но в долгосрочном плане больному обязательно станет хуже. Kogu kogemus - sellised meetmed võivad pakkuda mõningaid ajutist leevendust, kuid pikemas perspektiivis, kui patsient muutub seda hullemaks.

Впрочем, еще раз напомню мою любимую цитату из Кейнса: «в долгосрочном плане всё равно мы все – покойники». Kuid veelkord meelde mu lemmik tsitaat Keynes: "Pikas perspektiivis oleme me kõik veel - surnud." В том смысле, что надо думать о ныне живущих, а о потомках пусть побеспокоятся они сами. Selles mõttes, et me peaksime mõtlema elu ja järglaste isegi viitsinud ise. Тем более это еще бабушка надвое сказала, что там им нужно будет в том их долгосрочном далеке… Eriti kuna see on minu vanaema pooled teatasid, et nad peavad olema oma pikaajalise kaugel ...

Так что хотя я отчасти и согласен с Кейнсом (как будто это ему нужно – в его посмертном величии – согласие какого-то там русского писаки!), но должен и возразить. Nii et kuigi ma osaliselt nõus Keynes (nagu siis, kui ta vajas seda - tema surmajärgne au - nõusolekuta Vene hacks seal!), Kuid peaks protestima. Бывает – и часто – так, что печальные последствия грубого государственного вмешательства в экономику становятся очевидны уже при жизни одного поколения… В предыдущих главах уже рассказывалось о том, к каким печальным последствиям пришел гитлеровский министр экономики Ялмар Шахт, пытаясь – в самом чистом виде – осуществить на практике кейнсианскую модель массированного государственного стимулирования рыночной экономики. Mõnikord - sageli - nii et kurbi tagajärgi sisemajanduse riigi sekkumine majandusse on hakanud selguma eluiga põlvkonna ... Eelmistes peatükkides on juba kommenteeris, kuidas kurb tagajärgi Hitleri majandusminister tuli Hjalmar Schacht, püüdes - selle kõige otsesemas tähenduses - teha Praktikas Keynesi mudel tohutu valitsuse motivatsioon turumajandus.

Сегодня, когда центробанки ведущих экономических госдуарств мира в панике выбрасывают на рынки сотни миллиардов долларов, пытаясь предотвратить всемирный кризис ликвидности, они действуют согласно классическим кейнсианским рецептам. Täna, kui keskpangad suurte majanduste olukord maailma paanika turgudel visata sadu miljardeid dollareid, püüdes vältida globaalse likviidsuskriisi, nad tegutsevad vastavalt klassikaline Keynesi retsepti. Рецептам, которые неоднократно (но не всегда!) срабатывали. Retseptid, mis on sageli (kuid mitte alati) töötas. Но что, если сегодняшний случай не похож на вчерашний? Aga kui käesoleval juhul ei ole nagu eile? Что, если мы не за тот конец веревочки тянем? Mis siis, kui me ei ole sel end köie pull?

Ведь, например, первое, что приходит в голову: не приведет ли это к новому росту цен на нефть и нефтепродукты, на сырье и продовольствие и, следовательно, к новому витку инфляции? Tegelikult näiteks esimene asi, mis pähe tuleb: Kas see ei too kaasa uut hinnatõusu nafta ja naftasaadused, tooraine ja toidu ning seetõttu uut vooru inflatsioon? Помните, что случилось в «одном американском городке», когда туда банк неожиданно вбросил дополнительные сто тысяч долларов? Pidage meeles, mis juhtus "1 American linn", kui seal ootamatult hooga pank täiendavad 100.000 dollarit? Ведь система может еще сильнее разбалансироваться в момент, когда она и так не очень твердо стоит на ногах? Lõppude lõpuks on süsteem võib veelgi tasakaalustamata hetkel ja nii see ei ole väga kindlalt jalad?

Я хотел бы зарегистрировать закон – назовем его законом социально-экономической сиюминутности. Soovin registreerida õigus - ärgem nimetame seda õigust sotsiaalsele ja majanduslikule vahetu. На нашем веку помогало это лекарство, значит, и завтра оно же поможет (а болезь-то, может быть, другая, что толку принимать таблетки от кашля, когда проблемы – с желудком?). Meie sajandil on aidanud seda ravimit, tähendab, ja homme see aitab ka (ja bolez, siis võibolla teine, mis hea võtab pillid köha, kui probleem - kõht?).

А население живет и вовсе одним днем – стало чуть легче, чем вчера, подешевел хлеб на три копейки, и отлично! Ja inimesed elavad ja teevad ühel päeval - see oli veidi lihtsam kui eile langes Penny leiba ja täiuslik!

Или вот, к примеру, фундаментальный вопрос о доверии к валюте. Või näiteks põhiküsimus usalduse valuuta. В США вот уже 200 лет не было гиперинфляции, а тем более конфискаций. USA-s 200 aastat polnud hüperinflatsiooni ja rohkem krambid. В этой стране культ национальной валюты, она священна и неприкосновенна. Selles riigis, kultus riigi valuutas, see on püha ja puutumatu. Но последние пару лет доллар падает, курс его лихорадит, и вот уже юный евро, еле-еле оправившийся от детских болезней, выглядит сильнее. Aga viimase paari aasta jooksul, dollar kukub, muidugi tema palavik ja nüüd noor euro, vaevalt toibunud lapsepõlve haigus, tundub tugevam. И даже рубль представляется более надежным прибежищем капиталов. Ja isegi rubla tundub usaldusväärsem varjupaigaks aktsiakapitalist. При том что его курс, возможно, серьезно завышен, а за «прочностью» нет ничего, кроме ненормально высоких цен на энергоносители. Arvestades, et selle määra võib oluliselt suuremad, ja "tugevus" on vaid ebanormaalselt kõrged energiahinnad.

(А разве этого мало? – удивятся некоторые.) (Kas see ei ole piisav? - Üllatunud mõned.)

Все это не значит, что доминирующая роль доллара когда-нибудь не придет к концу. Kõik see ei tähenda, et domineeriv roll dollar ei ole kunagi lõppenud. Конечно, придет («все проходит»). Loomulikult tulevad ("kõik läheb"). Но пока злорадные комментарии к сообщениям о том, что доля доллара в мировых валютных резервах снизилась (как выясняется, с 65 процентов аж до 63!), выглядят несколько наивными. Aga kiuslik kommentaarid teatab, et dollari osakaal maailma välisvaluutareservide langes (nagu selgub, nii palju kui 65 protsenti 63!), Vaata natuke naiivne. Почти по Марку Твену: слухи о кончине «баксов» несколько преувеличены. Peaaegu Mark Twain: kuuldused surmast "taala" on tugevasti liialdatud.

Но населению кажется, что всегда будет так, как было вчера и сегодня. Aga inimesed näivad alati, nagu see oli eile ja täna. Что рубль и евро всегда будут расти, а доллар всегда падать! Rubla ja euro on alati kasvab ning dollar on alati alla!

Или возьмите священную корову – веру в недвижимость как спасение от инфляции, как лучшее средство накопления. Või võtta püha lehm - usk vara päästmise inflatsiooni, on parim vahend kogunemine. Жилье же все время росло в цене в последнее время, не так ли? Korpus on alati kasvav väärtus viimasel ajal, kas pole? И людям очень трудно поверить, что это может круто измениться. Ja inimesed on väga raske uskuda, et see võib järsult muutuda. С катастрофическими, возможно, для многих последствиями. Millel on katastroofilised, võib-olla paljude jaoks mõju. «Завтра» в экономическом сознании людей не существует! "Homme" majandusliku teadvuse inimesi pole olemas!

Во-вторых, еще одно следствие того же закона – склонность населения винить в своих проблемах своих нынешних правителей, очень быстро забывая о прошлом. Teiseks, teine ​​tagajärg sama - kalduvus süüdistada inimesi nende probleemide oma praeguse valitsejate kiiresti unustada minevik. И наоборот, приписывать стоящим у руля в данный момент заслугу любых послаблений и улучшений, хотя понятно, что позитивные, да и негативные перемены в экономике чаще всего являются результатом долговременных факторов. Seevastu omistada seisab tüüri juures sel ajal katkemist ja krediidikvaliteedi parandamisest, kuigi on selge, et positiivne ja negatiivne muutused majanduses on kõige sagedamini tingitud pikaajalisi tegureid. Предшественникам, бедолагам, часто и доброго слова не дождаться. Eelkäijate, halb stipendiaatide ja sageli ei oodanud hea sõna.

Примеров тому несть числа. Näiteid on palju. Лейбористы в Британии пришли к власти в 1997-м, после завершения трудного долгого спада, через который грамотно провели страну консервативные правительства. Tööpartei Inglismaal tuli võimule aastal 1997, pärast pikka rasket majanduslangust, mille kaudu riik oli hästi konservatiivne valitsus. Придя к власти, лейбористы ничего принципиально не поменяли (и надо отдать им должное, ведь могли бы начать перемены ради перемен!), и королевство в неплохой форме въехало в новый цикл – подъема рынков и быстрого роста. Kui võimul, töö ei ole oluliselt muutunud (ja oma krediidi, sest muutused võivad alustada muutmist!) Ning kuningriigis on heas korras uude tsükkel - tõus turgudel ja kiire kasv. Население сочло это заслугой исключительно новой власти. Elanikkonna kaaluda, on eelis ainult uue valitsusega.

СССР в конце 80-х пришел к практическому банкротству, внешние долги были таковы, что стране грозил тотальный дефолт (покруче того, что было в 98-м!). NSV Liidu hilja 80s tuli praktiline pankroti Välisvõlad oli selline, et riik oli ohus kogu täitmata (järsku, et see oli 98.!). В отчаянной попытке выйти из положения премьер Павлов фактически девальвировал рубль, но население этого не заметило, поскольку полки магазинов были абсолютно пусты. Kui meeleheitlik katse saada välja peaminister Pavlov tegelikult devalveerinud rubla, kuid elanikkond ei märka seda, sest poeriiulil olid täiesti tühjad. На ценниках значились старые, лишенные смысла цены – по ним практически ничего нельзя было купить. Kell hinnasilti olid loetletud vana, mõttetu hinnaga - neid on peaaegu võimatu osta midagi.

Зато когда правительство Гайдара вытащило страну из состояния развала, когда магазины заполнились продуктами и другими товарами – по новым, разумеется, ценам, – российский народ обнаружил, что кто-то лишил его всех скромных сбережений – лежавшее под подушкой или на сберкнижке ничего больше не стоило! Aga kui Gaidar valitsus tõmmata riigist välja kokkuvarisemist, mil poed olid täis toitu ja muid kaupu, - uute, muidugi hinnad - vene rahvas avastas, et keegi oli kooritud teda kõigi tagasihoidlik kokkuhoidu - asub all padi või hoiupank väärt enam ! И этим кем-то, этим злодеем, был навсегда назначен не Павлов и не Горбачев, а Гайдар и его «мальчики в коротких штанах». Ja et keegi, see kaabakas, ei ole püsivalt seotud Pavlov ja Gorbatšov Gaidar ja oma "poiste lühikesed püksid."

Когда во второй половине 90-х российские власти заигрались в опасные игры с ГКО и довели страну до дефолта, ответственным за это бедствие общественное мнение назначило совсем недолго просидевшего в Кремле Сергея Кириенко и его команду, а не их предшественников. Kui teises pooles 90 Vene ametivõimud hakkasid mängima ohtlik mäng SCG ja tõi riigi vaikimisi vastutab selle katastroofi on määranud avaliku arvamuse veetnud veidi enam Kremlis, Sergei Kiriyenko ja tema meeskond, mitte kui nende eelkäijad. В результате «киндер-сюрприз» вынужден был, чуть ли не с позором, уйти в отставку. Selle tulemusena "Kinder Surprise" oli sunnitud peaaegu häbi pensionile. А потом начался период бешеного роста цен на нефть и газ. Ja siis algas periood meeletu kasv Nafta ja gaas. Им можно было сполна воспользоваться, потому что ни Гайдар, ни даже Черномырдин, при любых своих ошибках, не сделали главной – не включили печатный станок, не допустили гиперинфляции. Nad võiksid täielikult ära, sest ei Gaidar, Tšernomõrdin, ega isegi mõni oma vigadest, teinud ei ole suur - ei sisalda trükipress, ära hüperinflatsioon. И, во-вторых, потому, что Кириенко достаточно грамотно провел девальвацию 98-го, при всей ее болезненности она заложила основу быстрого экономического роста. Ja teiseks, sest päris asjatundlikult Kiriyenko olid devalveerinud 98. koos kõigi oma valu, ta pani aluse kiirele majanduskasvule.

С новыми, сумасшедшими ценами на нефть и газ, да еще и стартуя с выгодного исходного положения, не то что Ельцину с Гайдаром, а и премьеру Павлову не трудно было бы наладить своевременную выплату зарплат и пенсий. Uue, hull Nafta ja gaas, ja isegi hakanud tulus allikas, mitte midagi, et Jeltsin Gaidar peaminister ja Pavlov ei olnud raske luua õigeaegseks tasumiseks palgad ja pensionid. Но в глазах населения относительно наладившийся быт и повысившийся уровень жизни, конечно же, – заслуга президента Путина и его мудрой экономической политики. Kuid silmis elanikkonnast võrreldes omavahel elu ja parandada elatustaset, muidugi - teenete president Putin ja tema tark majanduspoliitika.

Сиюминутность правит и Европой, и Африкой, и Азией (не говоря уже об Америке с Австралией). Hetkeline eeskirjad ja Euroopas, Aafrikas ja Aasias (rääkimata Ameerika ja Austraalia). Видимо, так было, есть и будет. Ilmselt see oli, on ja jääb. А потому понятно, почему политики не заинтересованы в том, чтобы закладывать фундаменты завтрашней экономики, и ясно, почему они так цепляются за вчерашние рецепты. Ja nii see on mõistetav, miks poliitikud ei huvita, millega sihtasutus homme majanduses ning on selge, miks nad klammerduvad eilsed retseptid. У реформаторов – горькая, незавидная судьба. Reformijad - mõru, mittekadestusväärne saatus.

Но с другой стороны, если держаться только за прошлое и противиться реформам, то ничего хорошего человечество не ждет. Второй закон термодинамики и закон убывающей доходности вступят в полную силу и каждый день станет днем регресса, человечество начнет быстро опускаться назад – к средневековью, к распаду сообществ, к натуральному хозяйству и первобытному коммунизму. (А там, в конце, видимо, начнем превращаться назад в обезьян.)

Но разве консерваторы не играют своей важной роли в обществе? Играют, и еще какую! И не просто в качестве необходимого тормоза на разгонах. Для успеха реформ мало, чтобы их энергично проталкивали новаторы, они осуществятся только тогда, когда на них, скрепя сердце, согласятся именно консерваторы. Но это произойдет только тогда, когда их убедит в неизбежности перемен финансовая реальность. Только не ограничивайте естественных свойств денег, и они своё возьмут!

Только деньги, только рынок, с его невидимой, но мускулистой рукой, спасают положение и буквально силой, за шкирку, тянут нас в будущее… Не знаю, не кончатся ли когда-нибудь их силы, не одолеет ли их инерция, не исчерпается ли заложенная в них феноменальная энергия…

Верить в деньги (не в туго набитую мошну, а именно в Деньги) – это не значит предпочитать высокому низменное. Богу – золотого тельца. Честному – подлое. Доброте – злобу. Нет, вовсе нет, это значит – верить в прогресс. В то, что общество слишком медленно, мучительно медленно, со множеством отвратительных рецидивов, но все-таки становится гуманнее. И осмысленнее. Куда-то движется, к какой-то вроде бы цели…

Непостижимая сложность устройства мира денег, их не до конца нам ясная внутренняя динамика и устремленность в будущее дают надежду на «неслучайность». На то, что мы не прыщ, не кусок плесени, случайно образовавшийся в промежности вселенной. Не недоразумение, не дурацкое исключение в мире вечной мертвой гармонии и покоя.

Многие, правда, с таким подходом не согласятся категорически… Известный французский философ Марк Гийом выразил весьма распространенное мнение, когда пренебрежительно объявил эту точку зрения «религиозной». Это всего лишь «миф роста и счастья, достигаемого через накопление материальных ценностей, миф о возможности победить болезни и смерть через научно-технический прогресс», пишет он.

Ну что же, кому дорог поп, кому попадья, а кому – попова дочка… Слава богу, что люди имеют возможность спорить, выражать разные точки зрения. Но, вполне возможно, что деньги обеспечивают само существование плюрализма.

Альтернатива деньгам – насилие. Либо на горизонтальном уровне – между людьми и общинами в борьбе за ограниченное количество материальных благ, либо на уровне вертикальном – государственное насилие, ГУЛАГ, в более или менее свирепой форме.

Потому что деньги – это свобода, и, может быть, это самое емкое их определение. (Я далеко не первый додумался до такой формулировки – смотрите, например, «Записки из Мертвого дома» Федора Михайловича Достоевского.)

Погодите-ка, скажете тут вы, а как же с Евангелием от Матвея? Разве не сказано там, что любовь к деньгам – корень всего мирового зла?

Сказано. И во многих отношениях сказано верно. Самое лучшее лекарство в неправильных дозах может стать страшным ядом. И любовь обернуться ненавистью. И свобода – анархией и разрушением. Во всякой самой замечательной вещи на Земле непременно есть темное начало.

Чем пахнут деньги

Это выражение восходит к I веку нашей эры, временам правления римского императора Веспасиана, который в поиске новых источников доходов придумал обложить налогом общественные туалеты. А когда его сын Тит возразил, что, дескать, не подобает императорам таким нечистым образом деньги зарабатывать, Веспасиан якобы как раз и произнес знаменитый афоризм: «Pecunia non olet», ничем таким, дескать, эти деньги не пахнут, в чем твоя проблема?

Веспасиан недаром был сыном сборщика налогов – придя к власти в результате переворота, он навел порядок в армии и в финансах, восстановил мир на границах империи. Но большинству сегодня известен именно как автор этого афоризма, показывающего еще и наличие чувства юмора, хоть и довольно циничного.

Кто только не повторял эту мысль потом, но все перепевы уступали оригиналу по выразительности и точности метафоры.

Например, Сталин говорил, что большевики не смогут построить социализма «в белых перчатках», имея в виду, что придется пополнять бюджет за счет продажи водки.

Любопытно, что изречение о непахнущих деньгах любят повторять люди, придерживающиеся совершенно противоположных взглядов. Как циники, утверждающие принцип «цель оправдывает средство», так и критики, такой подход объявляющие аморальным.

Но это, что касается методов. А как насчет самой цели? Насколько нравственно и морально ставить перед собой такую цель – разбогатеть? И потом, чисто логически: если уж решил такой задачи добиваться, то уж тут не до цирлих-манирлих. И с этим, наверно, согласятся сторонники обеих точек зрения. Первые имеют в виду: «даже из дерьма можно и нужно делать деньги, мы такие крутые и этим гордимся, а вы, брезгливые кисейные барышни, так и сидите в своей бедности и убогости, чистоплюи». Вторые: «эти типы, решившие непременно разбогатеть, ни перед чем не остановятся, ничем не побрезгуют, их деньги, может, и не пахнут, зато попахивает от них самих».

Почти ту же мысль в абсурдно-карикатурной форме выражает современный анекдот. Новый русский, прослышав, что за душу Диавол предлагает неслыханные богатства, говорит: «Никак не пойму: в чем тут подвох, в чем западня?»

Действительно, в чем? За что-то эфемерное, существование которого не только не доказано, но и вообще вызывает большие сомнения, предлагаются – чисто конкретно – реальные деньги. Наверно, кидалово!

Группа студентов юрфака Высшей школы экономики несколько лет назад написала замечательную курсовую работу под названием: «Юридический и институционально-экономический анализ продажи души дьяволу». Студенты – Анна Бергер, Александра Соболева, Константин Левин и Кирилл Липай констатировали, что анализируемый контракт носит смешанный характер: имеют место и наем, и продажа.

И пришли к определенным выводам в его оценке – с юридической точки зрения.

Но прежде чем дать им слово для заключения, я хотел бы обратить внимание на другие – финансовые и экономические – аспекты контракта.

Он явно подходит под ситуацию, которую экономисты называют смешным словом «монопсония». То есть один-единственный покупатель приходится на многих продавцов, которые в данном случае ничего не знают о существовании друг друга! Эта самая «монопсония» бывает «недискриминирующей», но это не тот случай. Дискриминирует, и еще как!

В полном соответствии с классическим определением монопсонии, покупатель получает максимально возможную прибыль и несет минимально возможные издержки.

Неравенство обмена вроде бы очевидно – с одной стороны богатства, ограниченные жестким и, в общем-то, совсем небольшим сроком (сколько там человеку осталось? Лет тридцать-сорок, ну даже пусть шестьдесят). С другой – нечто неосязаемое, но зато вечное, вообще не подверженное амортизации. Если предположить, что пользование душой, при всей ее эфемерности, имеет все же монетарное выражение, пусть даже сколь угодно малое, то все равно, учитывая продолжительность срока пользования, получается, что ее стоимость бесконечно больше любого конечного числа. Вот на сколько денег «кидает» сатана продающего душу – на бесконечное их количество!

Правда, найдется какой-нибудь адвокат дьявола, который напомнит, что в экономике существует понятие бессрочной аренды и формула, позволяющая определить вполне конечную ее цену. Ее связывают с временной функцией денег, с тем обстоятельством, что человек всегда предпочитает пользу сегодняшнего дня даже и большей пользе дня послезавтрашнего («Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»). За горизонтом перспектива теряется, представление о будущей полезности быстро уменьшается и даже стремится к нулю!

Но бессрочное и вечное – не одно и то же. И потом – подчиняется ли преисподняя законам убывающей полезности и доходности? А черт его знает!

Есть одно, самое дьявольское возражение – на то она и свобода выбора, на то он и рынок, что каждый вправе решить, какую цену он готов заплатить за что угодно.

Но проблема в том, что одна из сторон сделки находится в невыгодной ситуации, не обладая информацией о положении на рынке и спросе на предлагаемый товар. В условиях монопсонии покупатель получает монополию на покупку, и полное отсутствие конкуренции позволяет ему фактически диктовать цены.

Помните теорию предельной полезности (страдания фермера Боба и парадокс воды и брильянта)? Так вот, дьявол, по имеющимся сведениям, располагает практически неограниченными запасами золота, серебра и всяких материальных благ, а потому предельная полезность этих субстанций и веществ для него крайне мала, у него их не меньше, чем воды в распоряжении человечества. Между тем душа обладает высочайшей полезностью для своего обладателя, расставаясь с одной единицей этого блага, он уменьшает его количество на 100 процентов. Сколько воды было бы справедливо предложить в обмен на брильянт? Нисколько – никакого количества не хватит, ее бесплатно можно иметь сколько угодно, а потому меновой стоимости она иметь не может. Но это в полной мере относится и к сделке: душа в обмен на богатства.

Кроме того, Сатана, имеет доступ к подробнейшей информации о том, сколько и каких душ имеется на рынке, и может делать хорошо продуманный выбор. А продавец понятия не имеет о том, какую цену можно было бы запросить.

Вот к какому выводу пришли студенты Высшей школы экономики.

Они рассудили, что «инфернальность цели является мотивом не только явно аморальным, но и преступным». А потому объявили контракт по продаже души дьяволу недействительным в полном соответствии со статьей 163 Гражданского кодекса РФ, гласящей, что «сделка, совершенная с целью, заведомо противоречащей основам правопорядка и нравственности, ничтожна».